• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: тоска (список заголовков)
14:16 

Сука шаман
Болеть. Болеть. Опять болеть. Я устал болеть! Особенно когда очень надо на работу, когда надо биться и отстаивать себя, когда есть шанс заполучить нечто лучшее, чем имеется на данный момент. Но я болею. И даже если при всём желании заставлю себя выползти, меня, скорее всего, прогонят обратно с моим кашлем и соплями.
О, сколь раздражает меня мой чёртов дерматит, который любит обостриться и сагриться в ответ на на платки и лекарства! Без которых, в общем-то, никак. Я уже не разбираю, где у меня что. Часть работы работаю дома.
Чай надо пить в количестве одно ведро на час.

@темы: Негодование, Тоска

21:45 

Сука шаман
Хочу сбежать. Надоело, приходя домой вымотанным, слушать об отце. О сестре. О них вместе. Слушать и смотреть, что от меня ждут комментариев, мнения, что я буду поддерживать разговор, в котором я не имею никакого желания участвовать. Абсолютно никакого!
Пытался дойти до театра на игровой день. Понял, что тошно. Что не хочу. Ни туда, ни домой. И пошёл мёрзнуть на остановке, о чём вскоре страшно пожалел.
- Тебе нужно решить раз и навсегда, как ты собираешься к этому относиться, а не метаться из стороны в сторону, - звучит голос прямо за затылком. Я хватаюсь за волосы, раздражённый сам от себя.
- Да я знаю! Но я же просил тебя!
- И?
- Я сказал "что бы ни случилось", ты согласился!
- Если ты захочешь это так воспринимать, это будет твоё решение.
- Но блин! А как тогда?
- Реши.
- А что будет с твоей стороны, если я решусь так...?
- Тогда тебе с каждым разом будет становиться ещё более стыдно, - вкрадчивый голос заставляет меня проглотить все мои последующие возмущения. Я вспомнил, как мне было стыдно в первый раз. Во второй было стыдно в два раза больше. В третий, соответственно...
Я ворчу, сую руки в карманы, ленюсь одевать перчатки, шагаю широко и шумно, хмурюсь. В наушниках играет музыка, но я практически не слушаю, думая о своём. Слушает Лис. Задумавшись о том, что он сказал, я не замечаю практически ничего вокруг, пока в сознание вдруг не врезаются слова из песни, подхватываемые Диком.
- Would you mind if I killed you... would you mind if I tried to... - я вздрагиваю и резко вскидываю голову. Во мраке вечера блестят снежинки в отсвете грязно-рыжих фонарей. Я ищу взглядом Книжника и нахожу... увиденное вынуждает меня замереть и обомлеть. Он усмехается, глядя прямо на меня. Усмехается не добро, таинственно, лукаво. Не просто книжник... а чернокнижник. Невольно в голове проскакивают воспоминания, когда я говорю людям о том, чего стоит опасаться и что надо бы обходить стороной. Потому что есть повод бояться. Когда я говорил это окружающим, они могли верить или нет. Но сам я не ощущал этой опасности.
- Я же знаю, что ты этого не сделаешь... - одними губами произношу я, не в силах отвести взгляд, словно зачарованный. Усмешка на лице Дика становится шире. И она рушит всю мою уверенность. Я вдруг резко и болезненно понимаю - он может. Он сделает, если понадобится. Не важно, что это будет за причина. Нет того барьера, который абсолютно защищал от чего бы то ни было. Я в одно мгновение вспоминаю множество вещей из прошлого. На меня нахлынывает страх. Страх прошлого, приплюсованный к настоящему. Тому, что окутывает меня сейчас. И я понимаю, что я очень давно по-настоящему не боялся Дика. Не воспринимал его слов с должной серьёзностью или не воспринимал до конца. Знал по умолчанию, что он прав. Знал, что он опасен. Но это было во мне галочкой напротив пунктика. Я эту галочку отмечал и делал по-своему дальше. А сейчас мне стало по-настоящему боязно.
Я с трудом нахожу в себе силы снова заговорить.
- Знаешь, - мой голос предательски дрожит, - Это звучит гораздо убедительнее, даже слишком.
Всякие "я люблю тебя", "я не брошу тебя", "я тебя защищу" в исполнении Лиса, откровенно говоря, звучат не так убедительно. Не его стихия, скажем так. В отличие от, например, "я убью тебя, если потребуется", "я заставлю тебя страдать", "я превращу твою жизнь в муки".
Он молчит. И от этого ещё больше неуютно. Хотя я понимаю, что заслужил, в общем-то. И потому не спорю. Сглатываю. И осторожно подаюсь с пятна... ухожу наказанным в тёмный угол. Подумать над своим поведением.




Рабочий день скомканный, смятый, пережёванный несколько раз и выплюнутый. Зевая, откидываюсь назад и задрёмываю. Дик перебирает папки, морщится и трёт ухо. Раздражённо рычит себе под нос и трёт оба уха, потом хмурится и поворачивает ко мне голову. Замечает, что я подрёмываю. Оглядывается и видит на столе казинак.
В общем... о плюсах и минусах собачести и тотемной ауры. Я притягиваю еду - круто. Я притягиваю еду неразборчиво - плохо.
Ка. Зи. Нак.
Лис морщит нос, продолжая уже остервенело царапать когтями шею и скалить зубы.
- .... Шакал!
- А? Что?
- На кой чёрт ты ешь то, что тебе нельзя?!
- Но это же просто казинак! Я же ел их раньше.
- То был кунжутный казинак. А это семечки! - ворча, Лис растворяется за спиной. Я выдаю тихое "упс" и подскакиваю с места. Таблеток у меня, зверя, век их не принимавшего, нет. Роюсь в аптечке, уже сам расчёсывая себе всё. что можно и нельзя. В аптечке ничего не находится. И тогда я бросаюсь в соседний офис, натягивая на голове волосы и сходя с ума от зуда. Ни у Пумы, ни у Гребня не находится таблеток, хотя раньше именно у них они были тогда, когда не было нигде. Но мироздание, видимо, решило меня проучить. Понимая, что теперь ничто не спасёт меня от неминуемой участи я, шмыгая носом, вываливаюсь в коридор и ухожу в туалет умываться ледяной водой.
В коридоре слышу крик Пышки. Вываливаясь на зов, сталкиваюсь с ним, а он вручает мне таблетку от аллергии. Сердечно благодарю его, сообщая, что я теперь буду жить и, спотыкаясь о собственные лапы, бреду обратно в кабинет.
Вид мой ужасен и вызывает у коллег приступы сочувствия. Весь красный, растрёпанный, в горле клокочет и хрипит, я задыхаюсь, шмыгаю носом, не могу толком говорить, мне невыносимо жарко. Я - Синьор Помидор. Я. Не шарпей Владик.
Растёкшись по стулу, сетую на то, как же всё вокруг бесит и каков он - жар котлов, кипящих в аду. Вскоре я не замечаю, как отрубаюсь сидя. Сначала проснулся, откинув голову назад и почти уползя на пол. А потом носом в клавиатуре. Поднимаю сонно голову, чешу в волосах, в которых опять застревает лес. Вынимаю землю... оглядываюсь. Все что-то работают. На телефоне мигает одинокий пост, давно ждущий ответа. Пытаюсь понять, что произошло. Лис мрачно сидит в стороне. Натыкаюсь на своё отражение в мониторе и на часы, кричащие о том, что я дрых целый час.
- Оооо... ужасно, - точно пьяный, бреду на кухню. Туда, где модно пошмыгать носом в бумажные полотенца.
Ужасно-ужасно.
Зато в пятницу Ночь Чтения Книг Вслух. А с субботу я хорошенько отосплюсь денёчка на три. Не телом, но ладно. Тоже неплохо бывает.

@темы: Учёба/Работа, Тоска, Стая

12:56 

Сука шаман
Иногда я люто ненавижу это словосочетание "Как скажешь". Слишком часто в последнее время слышу его от разных людей. Когда высказываю своё мнение, делюсь мыслями, переживаниями, отстаиваю свою точку зрения... слышу это треклятое "как скажешь". Это уже так раздражает, что бесит.
Шерсть встаёт дыбом, пробивает дрожью, пасть скалится, глухо рычу, понимая, что хочу грызть всё и всех вокруг.
Стена непонимания и одиночества.
По-настоящему ощущаю себя одиноким. Углубляюсь в работу, чтобы отвлечься, рождаю посты направо-налево, слушаю французские напевы. И, кажется, никого не хочу видеть.

@темы: Негодование, Одиночество, Тоска, Учёба/Работа

20:55 

Сука шаман
Зима.
На кого-то наводит меланхолию осень. А я очень её люблю.
Но вчера кончился последний день осени. И началась про'клятая зима.
Чёртова. Зима.

Моя весёлость, болтливость и бурность становятся... наигранными. Но окружающие не умеют этого отличить. И не стараются, в общем-то. За театральной шумливостью и склонностью разводить демагогии скрывается жуткая меланхолия. Стоит зайти домой, как я сбрасываю с себя всю мишуру. Я долбаный театрал. Не лжец. Театрал.
Передвигаюсь с трудом, еле-еле, говорю сквозь сомкнутые губы, не находя ни сил, ни желания вообще подавать голос. Отвечаю сухо и скупо. Кошу взгляд по сторонам и молча... ненавижу.

Бедный, бедный Люсьен. Несчастная Офелия. От котов не скроешь ничего. Они слишком... видящие. Слишком зрячие для того, что запросто можно спрятать от людей как способных, так и бестолковых совершенно. От вторых и прятать не надо. Они итак ничего. И никогда. Не увидят.
То, что видит Люсьен, пугает его. Кот и Лис сталкиваются взглядами. Люсьен не успевает зайти в комнату, только морду просунуть. На кровати с книгой в руке сидит высокий, пушистый и тощий лис. Рыжий-рыжий. С зелёным глазом. Всего одним. На месте второго чернеет провал. Мертвенная бледность щёк, тонкие и когтистые чёрные пальцы. Пушистый хвост. И смольные вороновы крылья, висящие за спиной, застилают собой кровать. Рыжий зверь, медленно повернувший голову в сторону кота, застывает. Замирает и кот. Секунд двадцать они оба пристально смотрят друг другу в глаза. После чего Люсьен медленно подаётся назад, пятится за дверь, а после, ломанувшись, сбегает по лестнице.
А я сижу и смотрю на Офелию. Она поднимает голову и глядит на меня так печально, что хочется разрыдаться на месте. Я аккуратно приглаживаю лапой торчащую лохматую шерсть, топорщу уши, поджимая хвост, шифруюсь под кота. Она продолжает смотреть. Я пытаюсь понять, почему. Почему от взгляда на меня ей так грустно. Сзади слышится лисий вздох. Мой собачий собрат поворачивает голову и тоже ловит кошачий взгляд. Офелия изучает и лиса, делает глаза ещё более печальными. Они становятся мокрыми...
А возвращаясь домой, я неожиданно произношу себе под нос, перестав отрицать очевидное. Очевидное для котов...
- Когда они видят нас, Дик, у них получается либо посочувствовать, либо испугаться, - Лис молчит. Но он согласен. Я вздыхаю и плотнее запахиваюсь в пальто. Он говорит, что утомлён. Что устал от людей. И я вдруг понимаю, что хочу разделить его усталость. Потому что тоже её чувствую. Шепчу рыжему о том, что надо отдыхать. Он горько усмехается. Знаю почему. Потому что я сам чёрта с два отдыхаю.

В голове проносятся назойливые цифры. Коммуналки, счета, деньги на содержание семьи, деньги на учёбу, лечение, от запущенности которого кровоточит во рту. Я сплёвываю кровь уже вработанным до неосознанности жеста. Также, как и стираю кровь с пальцев... с ног...
Бесконечные необходимости платить что-то куда-то. В этом месяце я пахал на трёх работах. Одна кончилась. И деньги тоже.
Я выскребаю из под клавиатуры листок, расписываю на нём финансы. Снова и снова. В разных вариациях. Но результат никогда не меняется.

Заходя домой, спотыкаюсь о собственные лапы. Мама обеспокоенно просит лечь спать, но у меня ещё висят письма с другой работы, которые надо разобрать. Я говорю, что не могу. И что я не представлю... не представляю, как я смогу оплатить своё лечение, учёбу и содержать себя в принципе. Она тоже не знает.
- У меня нет ни выбора, ни выхода, - цежу я слова сквозь зубы, - Значит, пойду на третью работу, - мне стоит некоторых трудов не разрыдаться от бессилия. От усталости.
- Ты итак на двух! - повышает голос мама, - Куда снова третью?
- А что я сделаю?! Мне надо содержать себя! - закинув рюкзак в шкаф, иду наводить чай. И пытаюсь выпить его уже второй час. А его как будто и не становится меньше.
Я срываюсь. На других людей. Когда слышу или читаю что-то, что вгоняет меня в состояние... мандража. Руки начинают трястись, пасть кривится в оскале, шерсть дыбом, по глазным яблокам бегут... мурашки.
Блошиные лапки.

Человеку нужен человек.
А иногда становится так, что не нужен никто.
Оба явления временны и сменяют друг друга. Доска раскачивается. Когда один её край поднимается вверх, другой тянет вниз.
Зима.
Целовать заснеженное небо или заснеженную землю. Есть ли, право, разница. И там, и там холодно. И там, и там... ударяешься. Об замёрзшую землю. Об замёрзшие облака.

Я пытаюсь отвлечься, вышагивая по улице. И медленно преобразуюсь в шакала. Скачу по снегу, оставляю следы лапками, кусаю воздух, ловлю его зубами. Зову...
Дёргаю хвостом и извиваюсь всем телом, ловя собственное пение и пуская его по телу. Вдоль позвонков и по рёбрам. Кручусь волчком. Бью передними лапами ветер. Ленивый рыжий лис следит за мной взглядом, иногда неторопливо поворачивая следом голову. Я вижу его и снова зову, призываю к танцам.
Это танцы отчаяния.
Когда тело больше не хочет ни на что реагировать и ничего делать, в пляску пускается дух.
Лис мнётся, но не показывает этого жестами или движениями. А после резко, но при том удивительно плавно распахивает чёрные крылья, прорезающие собой стену из хлопьев снега. Крылья хлопают по воздуху над вздёрнутой головой. Перья переливаются белыми бликами. Тот белый, что блестит на чёрном - это совсем другой белый.
Я завороженно и восхищённо наблюдаю, точно ребёнок. Замираю, а после подпрыгиваю на месте. Прошу ещё.
- Ещё. Ещё! Взмахни ими ещё! - на морде Лиса проступает лёгкая улыбка, и он, взмахнув несколько раз шире и больше кончиками крыльев, чем ими целиком, встаёт со снега. Идёт ко мне. И дальше мы шагаем вместе.

Вскидываю морду вверх и гляжу в небо. где в редких звёздах отражаются мокрые глаза Офелии.
И от этого снова хочется заплакать.

@темы: Шалай махалай, Тоска

20:09 

Сука шаман
Опять отключился путём лёгкого Диковского пинка, когда меня начал бить очередной мандраж. Глядя в экран телефона, я медленно начинал дрожать, выхватывая контроль над телом себе. Палец завис над кнопкой "отправить". К глазам подступили слёзы.
- Не надо, Табаки, - тихо и спокойно произносит Дик. Я сглатываю слёзы.
- Не стоит... - я не слушаюсь. Шмыгнув носом, отправляю сообщение и захожусь в рыдании. Вздохнув, Книжник перехватывает моё тело и, обхватив за плечи, садится на пол, держит меня. Утыкается носом в колено и продолжает держать крепко-крепко. Не даёт слезам вытечь из глаз. Лицо остаётся сухим и непоколебимым, потому что он управляет им. А внутри в голове я слышу эхо собственных рыданий.
Дик молчит и ждёт, прежде чем вернуться в кабинет, но сам по пути раздражённо пинает стену. Я снова всхлипываю и пытаюсь успокоиться. А когда возвращаюсь обратно, чувствую, как содрогается грудь от всхлипов, когда долго-долго плакал. Хотя по моим щекам не стекла стараниями Книжника ни одна слезинка.
Лисья голова болит и раскалывается. Кончился успокаивающий чай. Кофе почему-то потерял вкус.
Я нервно перебираю бумажки и ручки, подумывая о том, что раньше же я как-то справлялся. Что и сейчас должен справиться...
Мама упрекает меня в том, что я не хочу поехать к отцу или даже позвонить ему. А я говорю, что я мразь. Мразь и блядь подколодная по его словам. И намерен заниматься своей жизнью, пока у меня вообще есть на неё шанс.
Сухое "как знаешь" вгоняет меня в очередной мандраж. Стиснув зубы, я хочу наброситься, зарычав. Но Лис держит меня, притягивая обратно на себя. И я беспомощно щёлкаю зубами по воздуху.

Беспомощность.
Вот что.

@темы: Ненависть, Тоска

07:55 

Сука шаман
Третий день подряд
Мне, мне снится зима,
Будто отец или брат
Меня оставили здесь одного на века.
И эта жизнь песков приручила и нас жить так,
Но мы придумали мир другой, лишь для себя, лишь для себя!

Ночами, в поисках веры, в небе
В открытое окно сочилось время.
Тихо. Они заберут и тебя,
Не ты ли мне желал зла?
Я привыкаю к боли, немного к непониманию,
К этим повадкам строгим.
Годы как бусы – жемчуг темнеет,
А взгляд уже не держит порчу.
Зализываю раны под звёздами, знаешь
Я стал сильнее, старше на жизнь.
Можешь гордиться мной,
Ведь я нашёл людей, способных заменить мне тебя!
Это ты был страхом, ты был криком в ушах,
Но что-то всё равно держало нас:
Клятвы, кухня, культы, квартиры, курим Купчина.
Ночью снег, старые, злые, любимые –
Помнить вас, ваши глаза и слёзы,
Проклиная гимны и все истории страха,
Взяв на руки отца тридцатых.
Небо надо мной. Ветер, бей меня и высуши моё тело.
Я видел сон – к нам придёт оттепель талой водой по венам.
Праздники жизни, новые дни,
А мы, знаешь, жили, как могли.
Ты прав: годы летят быстрее птицы вольной,
Как камни с гор.
Узнал по хрипу, узнал тень, узнал по взгляду сквозь стены,
Узнал по кашлю, узнал шаги, звуки и запах домашней еды.
Не ты ли мне желал зла и закалял моё детство церковным холодом?
Отец, я был добрым добротой должной, словами лощёными.
Тяжело дышали птицы, после жизни снится,
мне не нужно более!
Я видел казни, закаляя смертью глаза свои
И в то же время проклиная себя, обрекая на муки,
Мне нужно выпустить кровь, отец, скорее
Разорви моё сердце, как миф
И навсегда уходи!
Больно всё оставлять так, ведь только ты заставляешь плакать, смеяться.
Сын, смейся! А мне уже 13, слёзы лейтесь!


Третий день подряд
Мне, мне снится зима,
Будто отец или брат
Меня оставили здесь одного на века.
И эта жизнь песков приручила и нас жить так,
Но мы придумали мир другой, лишь для себя, и вряд ли пустим вас...

@темы: Тоска

23:36 

Сука шаман
Сегодня я у меня зазвонил телефон. Я попытался ответить на звонок, но в этот момент произошла одна из тех штук, когда техника плохо реагирует на наше с Диком биополе. Но, судя по всему, телефон среагировал так не только по этой причине. Глюкнув, он отключился, потом включился и завис на процессе включения на два часа. Я пытался его перезарядить, чего только не делал, Дик разобрал телефон, собрал обратно, но он продолжал низменно крутить загрузочные ленточки. В конце концов я просто отложил его, дожидаясь, когда сядет батарейка. А когда она села, ещё помучился и заставил телефон заработать. И было бы лучше, если бы я так не делал...
Было бы лучше, если бы он не включился.
Тут же я получил оповещение о кучи пропущенных вызов, следом за которыми последовали и входящие.
Голос матери в трубке, сообщающий о том, что отца увезли в четыре утра на скорой. Он был в коме. Сейчас он не может ходить и едва говорит.
Я был шокирован... это слабо сказано. У меня в голове всё перемешалось. Все мои знания. В особенности те, что касались сущности, которую я опасаюсь. Той сущности, которая обитала рядом с ним. Той нечисти, которая превратила гостиную в комнату для чёрной магии и мощную батарейку. Той сущности, что обитала с нами, влияла на нас и, подпитываясь негативом, жила и прогрессировала. А теперь, когда мы выгнали отца, потеряла в нём необходимость. И решила убить...
Мне стало до слёз жаль его. Жаль не как отца. А как человека. Он твердил в бреду, что расплачивается за всё, что было, и теперь ему невозможно помочь. Мне больно. Обидно. Мне ужасно жаль. И страшно. Мне стало настолько страшно, что меня охватила безмолвная паника. Просто не укладывалось в голове.
Меня бил мандраж, я не мог ни на что адекватно реагировать. Я не слышал ничего и никого. Отпросился с работы и ушёл мёрзнуть на улицу, примораживать пальцы к спичкам, выкуривая сигарету за сигаретой, пытаясь успокоиться и прийти в себя. Я психовал, дрожал, меня колотило приступами паники и самых разных чувств. В голове проносились образы прошлого, которого теперь смотрели в новом, более ужасающем свете. Я, видимо, заблокировал всё в своей голове, потому что не мог слышать ни Дика, ни что-либо ещё. Позже, придя в себя, я почувствовал себя глупо от такого поведения, но в тот момент я мало что мог понять. Я сновал от стены к стене, бормоча несвязные вещи. Зубы стучали ещё полтора часа.
Окончательно очухавшись, я выждал удобный момент и, осторожно подсев к Дику, попросил его... если я надумаю творить какие-либо глупости, пусть он не даст мне.
- Просто не дай мне. Пожалуйста.
- Что бы ни случилось? - уточнил он выразительно и, хмыкнув, протянул мне руку. Вложив свою ладонь в его, я сжал её.
- Что бы ни случилось. Как бы я там ни сходил с ума... ты же знаешь, что я могу быть лучше...? Ты ведь веришь в меня. В то, что я могу справиться и не опускаться до всего этого? - он кивнул. Я помолчал и сжал его руку крепче, - Тогда не позволь мне, пожалуйста.
- Ты уверен? - зная, что Дик держит обещания по-настоящему, я задумался. А после кивнул.
- Да...
- Хорошо, - бережно накрыл он мою руку ладонью, шепнув. И это успокоило.
Стоило мне заикнуться о том, что я сейчас сойду с ума от страха, как Кошка с Никанором оказались тут как тут. Они были рядом... и я им очень благодарен. Я дрожал, почти ничего перед собой не видел, а Кошка обнимала моё пробивающее ознобом тело, гладила по плечам, Никанор рассуждал и намечал план действий, помогал осознать. Предлагал, как можно поступить.
- Ну а если почистить? - предлагает Лёша, слушая нашу беседу.
- Мы уже чистили, - отвечает Никанор, - Тут не поможет ни повторная чистка, ни щит, ни ремонт, - Кошка продолжает прижимать меня к себе. Нервная дрожь не отпускает. Я перевожу внимание на задний план, где слышу голос Дика, а после обращаюсь к состайникам.
- Есть ещё вариант, - тихо говорю я и кошу взгляд в сторону Никанора, - Он тебе не понравится.
Я излагаю предложение Книжника, которое заключается в том, чтобы перепривязать комнату к другому хозяину.
- Вопрос, - вмешивается Лёша, - Этот новый хозяин знает вообще о ваших намерениях? И он сможет противостоять нечисти, которая может явиться?
- Это его идея, - хрипло отзываюсь я.
- И он сможет, - добавляет Никанор. Дик, хмыкнув, сообщает мне на ухо, что нечисть, которая это всё устроила, не вернётся. А если вернётся, то, увидев привязку, развернётся и шагнёт прочь. Но мне всё равно страшно. И я продолжаю дрожать, беззвучно произнося имя своего Хранителя.
Лёша непонимающе оглядывает нас.
- Спокойно. Это свои, - разъясняет Клирик.
Потолок из кирпича, освещённый жёлтыми кубиками от плафона, нависает над головой крышей подземного убежища, где я, забившись в угол, обкладываюсь куртками и рюкзаками, пытаюсь ощутить себя защищённее и не хочу никуда выходить. Боюсь. Ощущаю бредовость происходящего. Говорю, что успокоился, но всё равно испытываю ужас. Пожирающий меня ужас.
И усталость к тем вещам, новым или старым, в которых я не могу разобраться. В них и в своём отношении к ним.
Это... бесит.

@темы: Стая, Тоска

21:35 

Сука шаман
Зато чай. Много мятного чая...

Занимаюсь ли я самообманом? Не могу сказать. Либо отвык от людей. Отвык со своей заспанностью и наперерез Диковскому взгляду, который не успевает остыть в моих глазах. Вернувшись в тело, чувствую, как глаза болят и слезятся. Они не успевают перестроиться, и я всё ещё вижу куски реальности его глазами. А остальные куски своими. Сквозь слезящуюся и едкую пелену зуда и раздражения. Невольно вижу людей такими, каким их видит он...
Странно то, что я до сих пор удивляюсь этому. Я, в принципе и в теории знаю прекрасно, как он их видит. Но одно дело знать, а другое - пропускать это через себя. И, обводя ещё блещущим изумрудным взглядом пространство, видя мир иначе, я снова по-новому поражаюсь.
И ужасаюсь увиденному.
Каждый раз заново.

Моя самая большая ложь, видимо, в любви к людям. Ведь я не люблю их так, как говорю об этом. Либо я тоже, как и Кошка, ужасно наивный ребёнок. Который всё ждёт чего-то хорошего, высокого, лучшего, хотя и понимает аналитической частью ума, что всё это чушь, которой и ждать не стоит. А ставить в сравнение удачные случаи трудов и стараний не стоит на каждого встречного. По какой бы причине я там его не встретил...

Глупо всё как-то. Странно.
У меня невыговоренность. Непонимание. Я много слушаю других людей, но мало кто слушает меня. И я чувствую себя достаточно одиноко из за этого. Возможно, я просто давно не говорил по-настоящему. Не беседовал...
Не знаю.
Не знаю я. Всё как-то не так. Хотя я не могу, например, отрицать, что резервы мои со спячкой начинают восстанавливаться и я становлюсь всё больше похож на себя. Это, несомненно, хорошо.
А дурацкие мысли и сомнения... нужно их развеять. Отвлечься. Развлечься. Или дождаться момента, когда от них самих по себе не останется следа. Но страх перед неизвестностью и отсутствие гарантий сеет эти самые сомнения. И ведь не похоже, чтобы я раньше волновался по этому поводу. Не похоже...
А я знаю, почему.
Потому что рядом Дик. Очень рядом. И когда я вижу, что и как он делает... многие вещи, его слова, мнения и точки зрения...
В общем, они вынуждают меня устыдиться.

@темы: Глупости, Одиночество, Тоска

01:40 

Сука шаман
День делится на части - ворчливое пробуждение с утра и пинок спать обратно, время от времени сквозь дрёму могу что-то сказать днём, а вечером проснуться окончательно, чтобы поделать свои дела и снова уснуть. Всё остальное время за дела берётся Дик. Хотя необходимость сейчас работать и по выходным несколько выбивает из ритма. Я не то, чтобы не могу доверить ему промо-акции. Я знаю, что он может быть любезным и милым, когда это нужно, сдержанным и даже тёплым по рабочей необходимости, но я чувствую себя мерзко в таком случае. Как будто я его эксплуатирую. Какой бы искренней его помощь при том ни была.
Дни недели расплываются.
Утром в субботу - около пяти часов - начали кричать коты. И, соответственно, разбудили. Но я, очнувшись, обнаружил своё несчастное тело на кухне, где Дик накладывал котам еды. Хотя, вроде, моя пора бодрствовать и делать все дела. Вероятно, нужно больше кофе. А вот сладкого с избытком. Но хороший кофе на работе не сварить! А от растворимого Книжник плюётся - только я его и пью.
На перерыве поднимаюсь в кафетерий, чтобы поесть, а Дику купить капучино. Когда спускаемся, он уже идёт впереди, неторопливо и размеренно, спокойно беседуя со мной. Замирает у рядов со свечками.
Свечи. Я знаю, как сильно он их любит. Просто знаю. Но, видимо, возникло действительно жгучее желание, раз он вдруг сказал об этом вслух, что было неожиданно.
- Шакал, я хочу свечи... - удивившись, услышав его голос вслух, а не в голове, я опешил. Замолчал. Подумал.
Что ж. Нужны свечи. Много свечей. Кофе. И ещё немного бейлиза, да.
Переходить и меняться становится не так-то просто. Когда один надолго остаётся в теле, то для того, чтобы вернуться обратно, нужно время и некоторые усилия, если это не происходит достаточно резко и спонтанно. Когда оба духа теснятся близко и время от времени вылезают, то таких проблем не испытываешь. На фразу каждого тело перестраивается, хоть и на нервах этого самого тела (я имею ввиду мышечные нервы, зачастую лицевые) это не очень хорошо сказывается. Только связь тогда не такая крепкая. А когда остаётся кто-то один, то эта связь закрепляется и фиксируется лучше, от чего перестройки уже не происходят незамысловатым щелчком. Приходится иногда порасхаживать, подёргать головой. В пятницу мне пришлось потратить на это минут десять. Кошка смотрела на меня и недоумевала, глядя, как моё тело шатается из одного угла офиса в другой.
- Сегодня пятница, - трижды заявил Никанор. И я ни разу не заметил, что это не так. Лишь потом до меня дошло, что хер ли я не в офисе в пятницу и вообще хер ли тут, когда выхожу по выходным.
Так суббота.
И дни расплываются.
И надо продолжать отдыхать.
Откровенно говоря, скучаю. Много по кому. С некоторыми удаётся поговорить вечерами, но этого мало. Цепляюсь за эти разговоры как оголодавший. Но мои резервы в опасности и бесконтрольны. И я должен доделать то, за что взялся. Иначе зачем метаться? Взялся пить курс таблеток, как говорится, так пей до конца.
К слову... я же таблетки-то забыл выпить.
Чорд.

@темы: Глупости, Красота да и только, Любовь, Стая, Тоска, Шалай махалай

23:00 

Сука шаман
Верно ж говорят - к одиннадцати часам откуда-то из уголков сознания начинают, точно тараканы, сползаться самые противные мысли! И откуда и зачем эти гады берутся! Было же нормально.
Да, устал.
Да, задолбался.
Да, пахаю как проклятый.
Да, и что. Ничего. Улыбался же, продолжал делать, что должно. И нет - на тебе.
В такие моменты явственно ощущается жгучее одиночество, когда сидишь вот просто - уставший - всё надоело, все силы ушли. В один прекрасный момент раз! И схлынуло, стекло. И некому просто обнять, совершенно просто и непринуждённо. Просто так разделить пониманием.
Довольно мерзкие моменты. Временные, конечно, но тем не менее.
Ладно, к чёрту. Сон - лучшее лекарство! Два дня подряд мне предстоит исключительно улыбаться, так что...
... баю бай, спи, шакалий, засыпай. И кабы поменьше грустного в уши заползало.

@темы: Глупости, Одиночество, Тоска

08:49 

Сука шаман
Хочется курить без вреда физическому телу? Покурил в ОСе, такие дела.

Вот что-то мысль меня неожиданно ударила... такая...
Допустим, растёт ребёнок, любит своего родителя и считает, что тот тоже его любит. А это не так. Ребёнок старается, штаны бате, там зашивает, пирог печёт, рисунки рисует, работу работает по дому и всё такое. Родитель его благодарит, но не искренне, а только притворяясь. А другой родитель не благодарит и относится гадко. В обоих случаях ребёнок, положим, привыкает. Только в первом - в один прекрасный момент - дитё узнает, что всё это было сплошной ложью. А во втором, собственно, ничего не меняется.
Что хуже?

Сентиментальности шакальи, ага-ага.

@темы: Глупости, Одиночество, Тоска

19:18 

Сука шаман
Радость этого дня - дождь, под которым я промок насквозь. Пока добрался до остановки, а там уже и на ней. Транспорт упорно не хотел подходить. А с меня уже вовсю текло. Люди толпились, тыкались зонтиками. Маршрут был любой, но не мой. Стемнело, зубы стучали. Сунув руки в карманы кожанки, я боролся с желанием спрятаться уже в здании или позвонить матери. Стойко стоял. Лохматый, мрачный блестя кольцами.
Из подземки раздавалось пение гитаристов. Многие люди толпились под навесом. Зверем, я чувствовал себя чужим. Неподалёку, под тем же навесом, отбила себе место стая... зверей. Они были сформированной стаей, но от них не веяло угрозой.
Поежившись, я запахнулся плотнее. По губам стекали струи дождя, пропахшего листвой и машинными выхлопами. Людей становилось все меньше.
Уже час я мок.
И тут ко мне подошёл парень. Лохматый, высокий, крупный и с байкерской бородой, в кожанке и перчатках без пальцев. Он был похож на мишку. Несмотря на свой внушительный вид - ласкового и теплого. Он вытянул меня взглядом из толпы людей.
Остановившись рядом, он вздохнул, глядя на меня с сочувствие, и протянул бутылку.
- Эх... возьми. Согрейся, - подняв взгляд, я взял бутылку и понюхал горлышко.
- Что это?
- Коньяк, миндаль, - кивнул косолапый, - Погрейся, - вероятно смотреть на меня было действительно жалко. Но что может быть плохого в том, когда собрат приходит на помощь?
Мы с тобой одной крови...
Сделав с ходу большой глоток, шмыгнул носом.
- Спасибо, - поблагодарил, нехотя возвращая бутыль. Посмотрев на меня, Косолапый кивнул под навес.
- Пойдём к нам. Никто не тронет. Нечего мерзнуть, - я даже думать не стал. Пошёл, предварительно пожав собрату лапу.
- Народ, расступитесь, - зверье помельче освободило место под навесом. Мест действительно не было спрятаться. Сделав еще несколько глотков, познакомился с остальными, правда не успел особо их рассмотреть. Начал подъезжать мой автобус, предатель.
- Все свои, не боись, - произнес косолапый, а следом обратился ко мне другой. У него была похожая на мою усмешка. Возможно, мы с ним еще ближе по крови.
- Чего ж ты мок? - тявкнул он. Пёс какой? Гиена? Али тоже шакал?
- Люблю мокнуть под дождем, - признался я.
- А потом насмооорк, - я пожал плечами. Ну да, в принципе.
И автобус скоро подкатил. Я еще раз поблагодарил ребят за то, что пригрели. Тепло распрощавшись, точно с давним знакомым, пожелали мне не болеть.

У сегодняшнего дождя особая атмосфера.

@темы: Тоска, Стая, Красота да и только

15:31 

Сука шаман
Да что, черт возьми, со мной происходит?!
Мне нужно пропить хренов курс антидепрессантов и прочего прилегающего.
Я впадаю в истерики на пустом месте. И который раз просто сидя на работе взял и расплакался. Ни с того ни сего.
Руки дрожат. Во сне никуда не выхожу. Часто просыпаюсь. Скручиваюсь в узел. И рву горло.
Я в жизни сейчас представляю зрелище ужасно жалкое.
Омерзительно.

@темы: Одиночество, Тоска

URL
23:45 

Вообще-т такое сложно словами описать.

Сука шаман
Сегодня я решил, плевав на своё мерзкое настроение и гадкое самочувствие, что-то таки сделать окончательно с этим дебильным желанием курить. Потому что оно настолько задолбало, что я, сам того не замечая, начал порождать вокруг себя проекции дыма, которые начали ощущать окружающие.
И я собрался, во что бы то ни стало, поставить точку над этим идиотизмом.
Я не курил. Но мне хотелось так, будто я был заядлым курильщиком и страдал никотиновой ломкой. Это было странно. В жизни случалось много расстройств, но они никогда не провоцировали такой странной тяги. От чего она возникла? Что во мне проявлялось? Какой-то призрак прошлых Кругов, желавший занять место и в этом? Надо было разобраться.
Посему я, только кончилась работа, отправился узнавать это. Работа предстояла та ещё. Я должен был быть настойчив, внимателен и бдителен. Но так как одному разобраться было трудно без опоры и поддержки, я решил действовать старым, так сказать, дедовским способом. Обратиться к духам за помощью. Чтобы они сопроводили меня в пути и помогли разгадать суть происходящего.
Наметив себе план действий, я твёрдо вознамерился действовать до конца. А это значит не останавливаться на нескольких знаках и, поспешив сделать выводы, свалить подальше. Меня посещало это сомнительно чувство, когда хотелось всё бросить и вернуться, но я не поддался. И не пожалел, откровенно говоря. Узнал о себе много нового.
Обратившись к духам, я сообщил им, что собираюсь сделать. Но не стал пояснять каких-то подробностей - выставил всё в самом, что ни на есть, гадком и бессмысленном свете, чтобы добиться максимального эффекта. И себя, как следует, убедил. Главное, что сам вовремя вспомнил и не терял своей бдительности к мелочам, что вовсе таковыми не являются. Собирал их и запоминал до тех пор, пока не набралась целая шкатулка. А потом выложил собранное и всё объяснил по кусочкам, складывая в одну цельную картину.
Выдвинувшись с работы, я отправился за сигаретами. Киоски на пути пестрили вывесками "сигарет нет", которые я раньше не замечал, вероятно за ненадобностью. В торговом центре, когда я направился ко входу в гипермаркет, меня остановил охранник. Молодой юноша, которого я никогда тут раньше не видел. Он был юн, строго одет, стоял прямо, спрятав руки за спину, говорил ровно и уверенно, в его голосе звучало странное и мощное убеждение. Он меня как-то околдовал что ли. Попросил оставить рюкзак. А в рюкзаке у меня деньги. Ну что поделать, подняв одну ногу, упёр в неё рюкзак и принялся искать деньги, первоочерёдно напрочь забыв о том, где они. Не мог понять, почему забыл это и от чего рюкзак как чужой. Юноша молча ждал, пока я копался, а потом наклонился чуть вперёд и вдруг спросил.
- Вы не передумаете? - я решил, что это он о рюкзаке. Мол, не передумаю заходить без него. Если вы видели мой рюкзак, когда я куда-то отправляюсь, то там вполне могла бы быть спрятана бомба. Штуки три и ещё печеньки с чаем.
Криво усмехнувшись, я едко прохихикал, продолжая рыться.
- Нет, не передумаю.
Юноша разогнулся, но продолжил говорить негромко, будто бы это было большой тайной.
- Там работает всего три кассы. Людей на каждой штук по двадцать, - я это знал, в общем-то. Я захаживаю в этот магазин и тут так всегда. И приходилось мне сотни раз эти очереди отстаивать. И ничего, жив остался.
- Ну что поделать, - скептично пожал я плечами, а юноша продолжил.
- Но если Вы войдёте туда... - он выдержал паузу. Я поднял на него взгляд и замер от пронзившего меня холодка, - ... можете не выйти.
Я бы воспринял это за шутку, но лицо юноши было спокойным как камень. Я криво усмехнулся, изображая улыбку, но ответной реакции не последовало. Отпрыгнув на одной ноге, я покосился в ряды касс. Не для того, чтобы понять, как много там народу, только имитируя, а желая увеличить расстояние между мной и юношей. А потом, обернувшись, когда он отвлёкся на шкафы, быстрым шагом направился прочь.
- Хорошо, я запомню это, - буркнул я себе под нос и, перейдя дорогу через ненавистные мною подземные переходы, оказался в табачном магазине на другой стороне улицы, где сходу попросил пачку сигарет. Женщина за витриной спросила есть ли мне восемнадцать. Вот никогда не спрашивали, а теперь спросили.
- Паспорт? - предложил я и полез в рюкзак. Из под завалов моего рюкзака паспорт надо постараться ещё вынуть. Но таки заполучив первый ритуальный предмет, а следом и спички, двинулся на остановку, чтобы добраться до дендрария, в котором обитают ныне самые близкие мне древесные духи и прочие, связанные со стихией земли. Им я доверяю сейчас более всего, так как период моих забот, проблем, радостей и переживаний обозначен именно Землёй. И чем лучше я смогу научиться общаться с ними, тем лучше у меня выйдет преодолеть другие трудности, связанные уже непосредственно с актуальными и грядущими заботами и испытаниями.
Уже темнело. И через стекло маршрутки было сложно понять, где я еду. Транспорт встал в неожиданной пробке, которая тянулась не меньше часу. Это я, конечно, тоже запомнил. Но так или иначе своего пункта назначения достиг. К тому моменту на небе уже и звёзды замерцали. Дорога к дендрарию освещалась редкими фонарями, а сам дендрарий абсолютно ничем. Я зашёл в него, проваливаясь в хрустящие опавшие листья, с трудом различая очертания деревьев. Зрительно понять, в какой именно части я нахожусь, не выходило ну никак. Было очень темно. Потому я отправился искать нужное место энергетически. Вытянув руку вперёд, зашагал напролом, минуя неразборчивые тропинки и ориентируясь только по собственным ощущениям. И вскоре вышел в поляне Хранителей. Отсчитал несколько деревьев, чтобы удостовериться и первым делом подошёл к обиженному. Убедился, что это действительно оно, и поздоровался. Но не стал сильно ему докучать - вряд ли оно захочет поучаствовать в моём ритуале. Потому я просто положено дал знать, что я тут и что я выказываю к нему уважение. Прошагал до Бога виноделия и просто Большого Папы, душевно поздоровавшись с ним и с его Подмастерьем. Перешёл к проклятому стволу, убедившись, что он реабилитируется и приходит в себя и снова вернулся к Виноделу. Обошёл его, поглаживая кору.
- Ну что, считаешь меня глупым ребёнком, да? - я улыбнулся и поднял взгляд. И увидел, как тепло и добро улыбается он мне в ответ. Мне была приятна эта поддержка и понимание. Сев на землю рядом, я немного посидел и подумал.
Но потом меня резко дёрнуло с места.
- Нет, не здесь, - поднявшись, я быстро зашагал через темноту. Мне нужно было то дерево... под которым я наблюдал за дождём и радугой перед собой. То дерево, под которым мне явились ласточки и ног которого я забрал руну радости. Я был без понятия, почему именно оно, но меня просто мгновенно потянуло туда. Винодел проводил меня тёплым и заботливым взглядом. Я чувствовал,как он смотрит на меня, спотыкающегося о кочки и бредущего сквозь непроглядную мглу, ориентируясь исключительно по вытянутой ладони, ведущей меня к нужному месту.
Я замер в какой-то момент и остановился.
- Я не знаю, что я хочу узнать, духи, - зашептал я, - Но пусть это поможет мне. Любое знание окажется полезным. Я буду благодарен вам, - повернув голову, я увидел чёрную кошку. Увидел только потому, что она была чернее темноты вокруг. Припав грудью к земле, она внимательно смотрела на меня. А я, присев на корточки, смотрел в ответ.
- Вообще-то шакалы так себе с кошками ладят, особенно с чёрными, - не сдержал я едкого комментария. Кошка не двигалась, но слушала.
- Здравствуй, - обратился к ней я тогда, - Ты ведь не здешняя, я вижу. И я тоже. Просто иду своей дорогой, - кошка поднялась и, точно змея, шурша в листве, двинулась в другую стороны темноты. И я, немного подумав, пошёл за ней. И вышел именно к тому дереву, которое искал. Правда кошки уже и след простыл.
Вздохнув, я уселся под деревом и стал слушать лес. Слушал некоторое время, после чего, подтянув ноги и облокотившись спиной о ствол, сел так, чтобы ветром не задувало, бросил в ноги спички и, сжав сигарету губами, снова коротко задумался.
- Если верить чужим словам, Шакал, то потом тебя если не вырвет, то должна болеть бошка, живот и вообще ушатывать. Хотя я сам по себе укуренный, что мне станется, - невесело хмыкнув, вынул спичку и чиркнул о коробок. Коротко вспыхнув, спичка мгновенно потухла.
- Аха... - принял к сведению, так сказать. Зажёг ещё одну, прикрыв ладонью. Продержалась чуть дольше. Наблюдая за спичкой, я следил, откуда дует ветер. Пересаживался, закрывал ладонью с другой стороны, но ветер тут же менял своё направление. А когда я переставал что-то делать и замирал - он же и дуть переставал.
- Ну хорошо, допустим, - не пожалев спичек, я продолжал до тех пор, пока не поймал тот момент, когда дух воздуха зазевался и спичка успела разгореться у меня в руке, поджигая сигарету.
Сев ближе к Встречному духу, уставился в небо. Первая затяжка. Вторая. Третья...
Хмыкнув, выпустил в тёмное полотно облачко дыма. Сначала тонкой струйкой, потом одним большим пушистым комком. Опустив взгляд на руку, заметил, что уже скурил сигарету.
Я должен был что-то почувствовать. Хоть что-то. Но не почувствовал ничего. А что самое забавное - клянусь, но ручаюсь исключительно за этот Круг - я впервые взял в руки сигарету. Но преспокойно её скурил. Поднявшись, собрал в ладонь спички, пепел, который собирал отдельно, и саму сигарету, зашагал в обход, проверяя все свои чувства и восприятие.
Собственно, ничего.
Пожевав на языке привкус сигареты, громко хмыкнул.
- Вот тебе и духовная память, Шакал, - развернувшись, направился, треща подошвой, к окраине, закуривая вторую. Остановился у предпоследних деревьев, наблюдая за стелющейся простынёй дыма, выпускаемой в воздух, продолжая собирать всё в другую ладонь.
- А ты, оказывается, курил на каком-то круге только так! - возмутился я вслух самому себе и снова обнаружил в руке докуренную вторую сигарету. Фыркнул, покрутил в руке и, затушив, сложил в другую ладонь.
Знал ли я об этом? Конечно нет. И вряд ли узнал бы, если бы эта деталь не начала проявляться во мне с предыдущих Кругов во времена печали и невзгод, собираясь взять меня в плен.
Я сам по себе, как уже говорил, достаточно укурен. Хватает с лихвой.
Пройдя к забору, я остановился перед ним и, вытянув руку наружу - за пределы территории дендрария, развеял собранное в ладони, отступая во мрак леса и шепча.
- Ты останешься там, а я буду здесь. Твоё место в том мире, а моё среди них...
Ещё один обход по периметру, вывалился за пределы дендрария, вернулся, перемахнув через забор и направился к Встречному дереву. Я понял всё, что мне было нужно. И теперь надо было что-то сделать, как-то заблокировать проявление во мне этой черты каких-то прошлых воплощений. Вернувшись к духу, я обратился к нему с просьбой взять мою эту часть и спрятать у себя.
- Пусть корни твои стянут её в путы и удержат от воплощения, земля изъест и изничтожит, погребёт под собой и не даст вернуться ко мне. Удержи её от обретения облика во мне, - подождав, я опустил взгляд вниз. И почувствовал жгучее желание... рыть. Резко опустившись на четвереньки, принялся копать, чувствуя, как подрагивает вокруг тотемная аура и пёсьи лапы быстро разгребают землю в корнях, образуя яму. Опустив туда пачку сигарет и продолжая наговоры, засыпал яму обратно.
И следующим же делом сердечно поблагодарил дух. А, обняв ствол, ощутил небывалое тепло, уют и покой. Ещё некоторое время стоял и разговаривал с ним, попутно благодаря за проявленное терпение, понимание и помощь.
- Я хотел быть святым когда-то. Нет, дело не в морализме... я не могу быть святым. Но я могу постараться быть как можно лучше для своих близких, - путь разочарования и боли, насмешек и издёвок. Да даже пинков от тех же самых близких, тем не менее... дух прекрасно знал, о чём я говорю.
- Я постараюсь быть терпеливым и понимающим. Столько, сколько нужно будет. Я знаю, что могу не дождаться благодарности или взаимного понимания. Но я всё равно постараюсь. Помочь тем людям, которым я могу помочь. Мне не стало ни лучше, ни хуже. Но я прекрасно осознал, что прятаться от своих и чужих проблем - не мой удел. Мне больно, но я всё равно буду делать то, что делаю. Тогда я чувствую себя собой...- тепло окутало моё тело - хоть так и усни, стоя в обнимку. Было очень спокойно. И не хотелось ни пить, ни курить, ни отчаиваться. Я видел добрую улыбку, и она несказанно воодушевила меня. Почувствовал на себя ещё чей-то взгляд, я обернулся через правое плечо и заметил неподалёку - шагах в двух - силуэт Дика. Не отпуская дерева, заговорил.
- Прости меня. Я пытался выдать свои мысли за твои, запутать тебя, поставить в замешательство, затуманить разум, вынудил сомневаться. Прости меня, пожалуйста, - он молчал, глядя одним глазом исподлобья, как он часто смотрит. А после едва заметно улыбнулся. Я не видел, но почувствовал. И бесшумно зашагал к выходу, растворяясь. Только голос остался.
- Конфетку лучше пожуй...
Конфетка, между прочим, у меня и правда в рюкзаке нашлась. И я был ужасно рад ей.

@темы: Шалай махалай, Тоска, О высоком, Любовь

14:45 

Сука шаман
- Шмыг.
- Шакал?
- Нос чешется...
- Хм?
- Очень сильно чешется.
- К пьянке
, - замечает Единорог и я тут же захожусь в плаксивом вое.
- Ты чего?
- Правда глаза режет!

@темы: Тоска, Стая, Учёба/Работа, Ненависть

22:30 

Это я хотел две строчки написать.

Сука шаман
Сила моей мысли иногда откровенно пугает.
Мама зашла в свою комнату, где я разлагался под пледом. Собственно, к какой комнате ближе упал, туда и унесли. Мой злобный хрип раздаётся из под подушек. Войдя, мама принюхивается и кривится, а потом смотрит на меня круглыми-круглыми глазами.
- Ты что, куришь?!
- Нет, - ошарашенно отвечаю я. Да даже если бы у меня были сигареты, я бы не смог добраться за ними к рюкзаку. Семь метров - путь непреодолимый.
"Но я думал об этом..." - мрачно отметил я мысленно, пока мама продолжала принюхиваться.
- Такое ощущение, будто у меня в комнате кто-то накурил.
Это моя тоска, мама. Моя меланхолия.
Это я ещё живой и я ещё дышу.

Что ещё можно делать, когда единственный предмет, до которого ты можешь дотянуться - это телефон, пульт и долбанный ромашковый настой? Строчить посты-печальки, конечно. И время от времени, пробуждаясь от жалкого подобия сна, поглядывать в экран.
Дискавери, например, оказался крайне занимательным. Правда когда я снова очнулся, то понял, что они начинают после обеда крутить то же самое. Разочаровался и прошёлся по другим каналам. Моё сознание настолько ослабло, что я вполне себе переваривал даже некоторый лютый бред с ТВ3 с видом знатока, прощающего ученикам огрехи.

Знаешь, дневник, временами я жуть как ненавижу свою честность. И манеру говорить всё, что думаю. Да, конечно, люди говорят, что ценят это, но это только до поры до времени. Они говорят мне - что ты, Шакал, ты честный, это ценно! А я говорю, что через какое-то время они перестанут это так воспринимать. Потому что дохера примеров. Ну они - нет. что ты что ты. А потом хлабысь! И глупая честность превращается в "тут не так", "это не то" и "вообще блин сложный ты что мне силы на тебя тратить я лучше бухну пойду".
Ну ок.
И ещё, дневник (ой, я так редко обращаюсь к тебе по имени, так редко, так редко), моя честность и тут проявляется в долбо-манере забывать о том, что это кто-то может прочесть. Пишу и пишу. Что думаю. Отвлечься помогает. Самую малость. Частью сбросить с себя негатив.

Ужасно болят мышцы живота.
У меня в детстве был большой страх - я всегда боялся отравиться. И если у меня были хоть малейшие намёки на то, что скоро вырвет, то начиналась жуткая паника, а потом следовала депрессия - беда-беда. В общем, это было самое страшное в моей жизни лет до двенадцати с погрешностью (плохо ориентируюсь в своих годах). Это происходило, конечно, знатно меня удручало, но сейчас к чему это вспомнил.
К тому, что я такими темпами (спасибо всем и мне любимому тоже) стану экспертом по тому, как, чёрт возьми, нужно блевать!
Это Шака-а-а-ал! Шакал может ничего не скурить, не выпить, не съесть, ничего такого вообще не сделать и с четырёх утра до, блять, трёх часов дня устраивать эстафету вокруг раковины!
Мой самый большой детский страх превратился в нечто, которое теперь всегда со мной. Если это метод преодолеть страхи, то я их уже преодолел, мироздание, слышишь?! Я могу это делать с самым невозмутимым лицом!
Но серьёзно, это так тупо! Это ужасно бесит! Иной кто позлится, погрустит, в подушку порыдает может, да след ото лба на оконном стекле оставит, но у Шакала... у Шакала это превращается в целую амбулаторию! Пару раз пискнул, всхлипнул, взгрустнул, поругался на работу, поругался дома, огрёб ещё со стороны и пожалуйста. Получаем самого настоящего инвалида, который дальше кровати может переместиться без помощи только на руках, да и то с трудом.
И знаешь что, дневник, хотя тебе этого наверняка точно не понять...! Круто, когда просто отравился! Выблевался и всё отличненько! Утёр морду, полежал и снова как огурчик - зелёный и в пупырышку. Но нет. Только не в том случае, когда основой всего является эмоциональное расстройство. В желудке ни крошки еды - рвать просто нечем! Но он всё равно будет продолжать пытаться хоть что-то вытолкнуть из тебя. Если не тебя самого. Вот почему это самое натуральное выворачивание наизнанку.

Завтра я как штык должен быть на работе, куда возвращается ген директор, увольняется бухгалтер, ещё эти слетевшие к ебеням хосты... словом, я без понятия, как я выживу. А если выживу, то убегу в лес. Сяду с дружественными мне духами и начну им петь, завывать и рассказывать об участи своей и о чужой, да и в целом что как происходит вокруг, творится, вертится.
Старший Хранитель поляны обнимет меня своей рукой - большой, но ласковой. И захочется слиться с его корой, раствориться, рассыпаться золотым песком в едва уловимо шёпоте дриад.

@темы: Шалай махалай, Учёба/Работа, Тоска, Одиночество

18:26 

Сука шаман
Весь день в бреду. Я не смог заснуть. Каждый раз, закрывая глаза, видел кошмары, какую-то чушь и собственные мысли и переживания в виде слов, скачущие вокруг меня в адской пляске боли и сумасшествия.
Скоро у меня будет стаж терпения. Тем не менее... сегодня было так больно, что я думал о том, что готов прекратить эту боль. И вообще все прекратить. Но сознание отключается и бережет меня от вреда.
Хочется сесть под деревом хранителем или у обиженного духа, закурить и говорить с ними. Они-то меня послушают...
Сейчас их наряд изменился. Очень хочется посмотреть... и пообщаться. Хоть с кем-то, кто выслушает, поймет и не будет упрекать меня за то, какой я есть...
Кельт во мне отчаянно требует выпить и плевать на всё. И на всех. Но говорится, что не дают нам испытаний, которые мы не можем преодолеть.
Но так надоело... это наплевательство. Это откровенное неуважение.
Я шаман, но, сука, человек! Из плоти и крови, стекающей сейчас с губ.
И я очень устал...
И мне очень грустно и одиноко.
Ну что сказать...

... а ничего.

@темы: Одиночество, Тоска

URL
13:51 

Сука шаман
Я мрачно шагаю по коридору Дома, спрыгиваю со ступеней. Да, хожу. Хочу и хожу. Иногда правда хотеть оказывается мало. В сноходстве и прочих прогулках я часто чувствую себя магом, которому на что-то нет-нет да и не хватило маны.
Я иду к опустевшей столовой и с тоской отмечаю, что обед кончился. Тишина. Все разбежались по комнатам.
Ключевой момент происходящего - абсурд ситуации. Я один. Я без состайников. Они даже не думают о том, где я. И я, блин, не поел. Я разрываюсь между своей любовью к жеванию и желанием сдохнуть от голода. Одно другому откровенно мешает.
Навстречу мне выдвигается Череп. Смотрит сверху вниз, посмеивается, я скалю зубы в ответ в глухом рычании и чувствую, как пробивается на коже от злобы шерсть. Но сдерживаюсь и иду дальше, раздраженно подергивая хвостом, которого пока не видно, но я уже его чувствую.

Черная Птица из Наружности произнесла что-то о паскудных шакалах. Я сказал не отнимать ей у меня мое имя. А она, добродушно рассмеявшись, обняла меня крылом.
- Ну что же, ты совсем не паскудный. А очень хороший.
- Нет, - бурчу я, надув губы, - Я плохой. Очень плохой, - и не знаю, что дернуло меня, но начинаю рассказывать ей о всех своих плохих делах и мыслях на неделе. А она вздыхает, обнимает крепче и треплет по волосам. Я чувствую перья у себя в голове, это успокаивает.
- Усыновить тебя что ли...
- Со мной намаешься...


Я все больше ощущаю себя зверем. Зверем, который вынужден скалиться для защиты.
И я боюсь. Боюсь того момента, когда выскочу из родных переулков города-мутанта в иное место и к иным животным. Я хочу быть дружелюбным и открытым. Но я так устал от людей, отношений, обмана и всего прочего, что с большим удовольствием перегрыз бы всем глотки.

@темы: Тоска, Стая, Сны

01:52 

Сука шаман
Кажется, меня начинает потихоньку отпускать. Медленно и верно. Хотя пришлось заставить себя почти час тупо лицезреть воду, чтобы никуда не пойти и не натворить бед.
Надо чаще давать самому себе пощёчины. Заниматься правильным делами. И выкинуть различную чушь из головы. Ведь я раньше столько всего делал... и для других людей. Я их менял! А сейчас хватку теряю.
Непорядок. Надо исправлять. Тем более, что у меня намечено много большой работы, одна из которых может стать работой всей моей жизни. Как и провалом... почему надо быть внимательнее. И не относиться к этому так безалаберно, как я делаю сейчас.
Да...

@темы: Тоска, Шалай махалай

19:03 

Сука шаман
Как это можно описать? Не получится и в десять тысяч слов. Почему-то на такие рассуждения тянет в таких вот ситуациях - как сейчас - в пробке.

Я рад найти себя. Перейти тот порог, когда ты личность в обществе, но по отношению к Кругам пока еще никто. И я счастлив теперь, более менее соорудив общую картину, двигаться дальше, опираясь на неё. Я чувствую себя комфортно, если не брать во внимание одно огромное... обстоятельство. Мой дневник в последнее время чуть ли не сплошное обстоятельств.

Каким я страшным моралистом раньше был. Подумать только. Ещё и верил в то, что не поменяюсь ни в коем разе. Ой и ой. Сегодня же, ругнувшись при начальстве о том, что за спасибо никто работать дополнительно не будет, не беспокоюсь более о моральных сторонах этого происшествия. Раньше уже сполз бы под стол, дрожа... а теперь. Ха! И еще раз ха! Я чувствую себя совершенно свободным от глупых страхов и опасений, мучивших меня раньше. От предрассудков и стереотипов... о! Какое отвратительное слово! Стереотипы.

Говоря в двухтысячный раз о большом и хвостатом сумасшествии в моей голове... я раскачиваюсь. Раскачиваюсь из своего маятника, перепрыгивая из одного состояния в другое. Я преимущественно либо пьян, либо в трансе. В обоих случаях сшибаю углы. Даже не знаю, в каком из состояний я страшнее. То меланхолия и злобное рычание, ругань, раздражительность и повышенная степень блохастости, то ли провалы в глубины сознания. Вырываюсь оттуда, уже задыхаясь. Когда горло пережало, на губах застыл вздох, перед глазами пустота и в голове только...
... только...
Когда пьёшь, этого хотя бы нет перед глазами.
Я себе одинаково врежу, что так, что эдак. И в оном вред, и в другом вред. В одном банальный, а в другом сокровенный. Что, проваливаясь в это забытие транса и полной отстранённости от мира сего в мир мой внутренний, я продолжаю телом что-то творить. Зачастую это заканчивается так себе. Хорошо если я просто очнулся. И просто спохватился от накрывших ощущений. Хорошо если так - оно безобиднее всего.

Ох, Духи... сберегите мою дурную голову. Куда же спрятаться...

@темы: Учёба/Работа, Тоска, Одиночество, Любовь, Красота да и только

Невесомость и чашка каркаде

главная